Пусть расцветают все цветы

Татьяна Текутьева

 

фото Евгения Петрова

Оренбургский областной театр музыкальной комедии открыл свой новый сезон 7 октября. А первую премьеру показал заранее, месяцем раньше, в начале не театрального, а учебного года.

%d0%b0%d0%bb%d0%b5%d0%bd%d1%8c%d0%ba%d0%b8%d0%b9-%d1%86%d0%b2%d0%b5%d1%82%d0%be%d1%87%d0%b5%d0%ba-2_1

Оренбургский театр музыкальной комедии отдал дань классике и классику — поставил  «Аленький цветочек» С.Т. Аксакова. Эта сказка не единожды обретала сценическое воплощение в других оренбургских театрах. Несколько постановок числится в истории областного драматического; в Оренбургском театре кукол она шла и прежде да и сейчас в репертуаре. Музыкальный театр наконец-то наверстал упущенное и выпустил премьеру мюзикла «Аленький цветочек» аккурат 1 сентября, в День знаний, подразумевающий знание и литературной классики, тем более той, которую мы считаем своей, оренбургской.

Любопытно, что идея этого спектакля принадлежит вовсе не оренбуржцу, что было бы логичнее и патриотичнее, а жителю столичному — Киму Брейтбургу, но, наверное, его уже следует числить отчасти земляком, ведь он не первый год несет художественную ответственность за наш театр музыкальной комедии.

%d0%b0%d0%bb%d0%b5%d0%bd%d1%8c%d0%ba%d0%b8%d0%b9-%d1%86%d0%b2%d0%b5%d1%82%d0%be%d1%87%d0%b5%d0%ba-1_1

Приятно, хотя, пожалуй, это и закономерно,  что Оренбург оказался первым городом в России, где появилась современная музыкальная версия «Аленького цветочка» (ну, простите, не нравится мне термин музыкально-театральный проект). Автором музыки стал Максим Дунаевский, который не нуждается ни в каких представлениях и который весьма дорожит своей композиторской репутацией, в чем убеждаешься при встрече с его новым симпатичным сочинением.

Постановочная команда из Нижнего Новгорода — режиссёр Дмитрий Крюков, он же написал либретто, балетмейстер Владимир Клапатюк, художник Екатерина Крюкова, — по своей молодости естественно презирающие всякую хрестоматийность, достаточно вольно обошлись с аксаковским сюжетом. Их можно понять, а можно (пусть имеют в виду, что у зрителей есть на это право) и не понять. В действие введены новые персонажи и новые линии взаимоотношений. Традиционно  трепетная  Аленушка в начале спектакля — отпетый сорванец, которому впору просить у батюшки в качестве подарка не аленький цветочек, краше коего нет на всем белом свете, а рогатку. (Что ж, зато впоследствии она вполне себе лирическая героиня: любовь и вправду действует преображающе.) Явилась во плоти упоминаемая Аксаковым злая волшебница, стала Ведьмой и получила иную мотивацию для своего колдовства, позволяющую развернуть отдельную сюжетную линию. (Кстати, из Ведьмы вышло весьма эффектное, во всех отношениях, действующее лицо.)

%d0%b0%d0%bb%d0%b5%d0%bd%d1%8c%d0%ba%d0%b8%d0%b9-%d1%86%d0%b2%d0%b5%d1%82%d0%be%d1%87%d0%b5%d0%ba_1

Все герои этого мюзикла оказались при характерах, что не так часто случается в музыкальных спектаклях. Это говорит о режиссёрско-актёрском единении. Если я обратила внимание на Купца (в этой роли выступал Сергей Гурьянов), который  не раз становился центром событий и мизансцен, то симпатии моей восьмилетней внучки принадлежали Прохору (его играл Денис Дрючин): «он смешной».

В спектакле заметно не просто стремление. но и умение уравновесить три составляющие мюзикла — драматическую, вокальную и хореографическую. Это особенно удалось в сцене широкого застолья в честь возвращения в отчий дом любимой дочери. Некоторая чрезмерность сценического оформления, наверное, больше бы подошла жанру волшебной сказки. Хотя костюмы Ведьмы и Чудовища производят правильное впечатление: ужасной красоты, к тому же в их парности (у темных сил, представьте себе, свой стиль) есть смысл. И напоследок. (Не подумайте, что это в укор спектаклю.) У театра свои правила игры. Но многие зрители (имеются в виду зрители взрослые, разумеется), которые к тому же еще и читатели, услышав современную интерпретацию плача Аленушки, с которым она припадает к ногам бездыханного Чудовища: «Милый друг, единственный, прости за опоздание», вспомнят чудесное  аксаковское, пронзительно душевное: «Ты встань, пробудись, мой сердечный друг…» и с сожалением ощутят некоторую скудость словесного проявления чувств. Выход здесь один: придя домой, открыть книжку и прочесть своему ребёнку старую замечательную сказку… Что вовсе не отменяет похода в театр.

 

270 просмотров всего, 2 просмотров сегодня

comments powered by HyperComments
Поделиться
Отправить
Класснуть